«Операционалистское значение» физический реальности является в действительности не чем иным, как новой формулой релятивистского идеализма, применяемого для истолкования или, вернее, извращения
физики».
Операционалистские соображения ведут только к непониманию истории исследований, запутыванию современных проблем и к беспомощности перед лицом будущих задач. Они ничего не могли и не могут добавить к картине природы современной науки.
Подобные же возражения следует выдвинуть против так называемого конвенционализма. Если операционализм развился в среде физиков-экспериментаторов как гибрид позитивизма и «ползучего эмпиризма», то конвенционализм является смесью позитивизма и априоризма. Его отцами были физики-теоретики и математики, начинай с крупнейшего французского математика Анри Пуанкаре (1854-1912) вплоть до английского физика-теоретика и астронома Эддингтона.
Исследователь может иногда на бумаге забыть о различии математически сформулированных высказываний о природе и соглашении об употреблении знаков. Так, его может соблазнить ложная уверенность в том что можно «свободно распоряжаться» формулировками законов природы! Бриджмен называет эти рассуждения методом «рарегапйреней» (бумаги и карандаша). Он считает их опасным дополнением операционалистских способов образования понятий, так как не понимает, что правильные конкретные понятия в той же степени отражают действительность, что и правильные абстрактные.
Например, если рассматривается равенство, определяющее энергию (Щ системы как сумму количеств теплоты  и работы (А), отнятых у нее при переходе из начального состояния в конечное (V <г А), то может показаться, что эта сумма является только определением величины И, я поэтому равенство рассматривается не как отражение закономерных взаимосвязей в природе,  а как желательное соглашение об употреблении  обозначений.
В действительности приведенное равенство отображает миллионы раз проверенное на опыте утверждение о том, что сумма количеств теплоты и работы зависит только от начального и конечного состояний системы, но не зависит от пути перехода из первого состояния но второе. Этим и примечательна сумма, и это имеет место именно в действительности, а не создается фантазией ученого.
Конвенционализм превращает таким способом сознательный анализ абстрактных физических понятий в миф о физике как продукте человеческого сознания. Перед нами не что иное, как новое издание учения Канта о якобы «априорных» синтетических суждениях и даже мистика понятий Платона. Кант в свое время дал ложное толкование в духе априоризма основных положений механики Ньютона, в наше время Эддингтон дает столь же ложное толкование основных положений квантовой физики.
Эддингтон писал: «Я полагаю, что во Вселенной имеется 15747 724 130 275 002 577 605 (353 961 181 555 468 044 717 914 527 116 709 366 231 425 076 185 631 031 296 протонов и такое же число электронов». Это число, умноженное на 2, (2 X 136 X 22М), вычислено Эддингтоном и названо «космическим числом Лг»! (Эддингтон вел расчеты, предполагая определенную среднюю плотность вещества во Вселенной и определенный, «надлежащим образом рассчитанный радиус мира».) В очерке об Эддингтоне Дж. Г. Кроутер справедливо пишет: «Все это оказалось  «дорогой в никуда», оставшейся вне критики (в кругах, близких Эддингтону. — В. X.), так как ввиду неудовлетворительного состояния общественной организации не было соответствующей системы взаимной научной критики. Развиваясь без каких-либо поправок  это уродливое творение в конечном счете погибло если даже и без черной магии, то все же с волшебными числами».

< Предыдущая		Следующая >