Борьбу с эволюционным учением его противники ведут и во время отступления. Так, некоторые авторы утверждают, что с положением о развитии живых организмов хотя и нужно согласиться, однако прогрессивность развития следует поставить под сомнение. Этот вывод делается на основании того, что все выживающие существа являются более или менее достаточно приспособленными к окружающей их жизненной среде. А, следовательно, они должны будто бы находиться на одинаковом уровне жизненного совершенства. Все якобы зависит от точки зрения, все лишь относительно. Суждение об уровне развития якобы более соответствует субъективной оценке, нежели объективной. «Переход от обезьяны к человеку мог бы показаться обезьяне переходом к худшему,— так Дж. Б. С. Холдейн выражает в полемике свой ход рассуждений.
Однако кто хочет достичь научного понимания прогресса в развитии, тот должен уметь улавливать признаки направления, в котором протекает действительный процесс биологической эволюции. Задача науки никогда не может состоять в отрицании того, что есть в действительности. Что поднялось на высшую ступень на пути от амёбы к человеку, в чем заключается совершенствование организмов?
К. Виттенбергер считает критерием совершенствования ту меру, в которой существо способно исследовать и использовать окружающий его мир, создавать внутренние условия совершенствования своей организации посредством внешних. Таким образом, животный организм достигает относительной независимости от внешней среды благодаря повышению скорости процессов в своем организме, а также усложнению комплекса его структур. Тем самым уровень эволюционного совершенствования определяется степенью развития биохимической и морфофизиологической организации. Виттенбергер справедливо подчеркивает значение физиологического аспекта эволюции.
Широко распространено представление, что «истории развития организмов с ростом дифференциации и централизации всегда оказывается связанным превосходство  в борьбе за существование, что находит свое проявление в увеличивающемся экологическом расцвете (размножение и распространение видов и т. д.) данных разветвлений живого мира во времени и пространстве». В. Франц под дифференциацией понимает различия, под централизацией же — подразделение различий, согласование частей и их единство. Последнее, например, явствует со всей очевидностью из работы централизированных нервных Систем. Более глубокое определение биологическому усовершенствованию дает Ниддем: « если мы поднимемся по эволюционной лестнице от видов вирусов и простейших до приматов, которые живут сообществами, то мы установим: 1. Увеличение числа членов и радиуса действия образований у организмов, а также комплексность их морфологических форм и геометрических отношений; 2. Возрастание эффективности в овладении функциями у организма как единого целого; 3. Усиление степени независимости организма от окружающей среды, что включает в себя усиление разнообразия и расширение сферы активности организма; 4. Повышение той степени эффективности, с какой отдельный организм достигает своей цели, выживания и продолжения себя в потомстве, включая и способность формировать окружающую среду».
Нидхем поясняет выводы из предложенного определения: «В известном смысле амёба, конечно, так же организована, как и человек: она выполняет все функции ассимиляции, обмена веществ, размножения и так далее; однако различие заключается и разнообразии условий, при которых она способна на это, и в характере ограничения типа жизни, которую она может вести. В известном смысле все виды растений и животных, которым удалось сохраниться в эволюционной сиене живых форм, добивались равного успеха. Однако это еще не является единственным критерием успеха. Просто выжить — это, конечно, обязательное условие; однако мы должны подумать и о том, при каком разнообразии изменившихся обстоятельств возможно это выживание, а также о том, что организм может получить от своего выживания».
Подчеркивание последней точки зрения составляет главный предмет стараний Дж. Гексли, чтобы получить ясную формулировку понятия об усовершенствовании: «Было много попыток определить биологический прогресс или увеличение степени организации. Наиболее удовлетворительное определение как будто гласит так: биологический прогресс состоит в биологических усовершенствованиях, которые позволяют или облегчают дальнейшее усовершенствование. Такие неограничивающие усовершенствования представляют собой особую и очень важную категорию эволюционного процесса  При этом дело идет о процессе, благодаря которому возникают «высшие» типы, процессе, который выражается в последовательности доминантных типов (см. ниже. — В. X.), процессе, благодаря которому постоянно повышался максимальный уровень совершенства или биологического успеха в ходе геологических эпох».
Правда, Гексли доводит свое определение до преувеличения. В конечном счете он признает прогрессивным лишь тот эволюционный ряд, который нашел свое завершение в человеке. Однако это подобно утверждению, что, например, лишь те геологические процессы горообразования могут считаться «настоящими», которые привели к появлению Эвереста.
К. М. Завадский дает сходную оценку прогрессивному направлению биологической эволюции, которое он называет «прогрессией».— Повышение степени целесообразности и единства организации развивающихся единиц (индивид, вид), возрастание шансов особи на выживание и эволюционной пластичности высшей нервной системы и усовершенствование форм отражения высшего мира являются решающими признаками столбовой дороги прогрессий. От нее следует отличать «ограниченные прогрессии».
Типы, наилучшим образом приспособленные к своей особой среде, еще не являются по этой причине самыми высокоразвитыми. Это видно на примере паразитов, совершивших нисходящее развитие, но превосходно приспособленных к своим хозяевам. Например, оседлые формы оболочниковых в каждом своем жизненном цикле от свободноподвижного состояния хордовых переходят к самоограничению простыми функциями питания, дыхания и размножения.
История развития живых существ характеризуется организмами, которые в определенную геологическую эпоху в определенной географической среде были соответственно высоко-организованы и благодаря этому стали преобладающими (доминантными). Они придавали каждой эпохе особый биологический облик. Доминантные формы образуют вершину соответствующего уровня развития. Они обнаруживают способность разделяться на многообразные новые формы и при этом часто оттесняют менее прогрессивные группы.
Например, среди животных в раннем палеозое были доминантными трилобиты. За ними последовали в отношении доминантности морские скорпионы, их сменили в свою очередь бесчелюстные позвоночные. Затем последовало бурное развитие рыб. Членистоногим и позвоночным удалось совершить переход к жизни на суше. В конечной фазе палеозоя доминантными, наконец, стали насекомые и земноводные. От первых произошла высокоразвитые формы насекомых, от вторых — рептилии. И те и другие доминировали в наземной жизни мезозоя, тогда как рыбы господствовали в воде. В кайнозойскую эру преобладающее распространение завоевали птицы и млекопитающие. Наконец, в последнюю геологическую эпоху человек достиг вершины эволюции как представитель высшего семейства млекопитающих. Благодаря новым общественным формам (уже не относящимся к области биологического развития) он во все возрастающей степени усиливает свое господство над всем, что доминировало до него.
Развитие доминантности удалось пластичным формам, которые были уже приспособлены к слишком узким пределам жизненной функции и распространения, хотя они, конечно, оказались хорошо приспособленными к своей особой окружающей среде,— ни один организм не мог бы жить в «универсальном» (всеобъемлюще приспособленном) состоянии, каждый организм в определенной мере специализирован. Пластичные формы вовсе не независимы от окружающего мира, они просто способны приспосабливаться к различной среде. То есть их пластичность сделала их способными производить большое количество новых и более высокоразвитых видов в относительно короткое время. Часто этот процесс образования новых видов носит прямо-таки вулканический характер. Таким путем возникают формы, которые быстрее плавают или бегают, чувствительнее воспринимают, лучше ориентируются и к старой среде своего существования присоединяют новое жизненное пространство. Некоторые формы приобрели способность лучше сохранять постоянный уровень температуры своего тела и неизменность состава своих соков. Благодаря этому они смогли лучше удержаться в самых разнообразных условиях окружающей среды. Таким образом, соответствующие доминантные типы характеризуются более высокой степенью овладения окружающим миром или большей независимостью по отношению к изменениям окружающей среды.
Организмы, которые не могут пройти этого прогрессивного пути развития, остаются ограниченными уже завоеванной жизненной сферой. Они остаются в «тупиках» эволюции, к которым уже смогли приспособиться, и играют для нас роль «живых ископаемых». Они обречены на вымирание, если бурным темпом изменится окружающая среда, так как им не хватает способности к прогрессивной эволюции. Энгельс уже отчетливо видел, что «каждый прогресс в органическом развитии является вместе с тем и регрессом, ибо он закрепляет одностороннее развитие и исключает возможность развития во многих других направлениях».
И он усматривал также особый характер организации позвоночных в построении всего тела вокруг нервной системы, благодаря чему была обусловлена «возможность развития до уровня самосознания» у наиболее высоко развитого общественного позвоночного — человека.
Так, насекомые, трахейное дыхание которых основывается на диффузии газа, но могли увеличить своих размеров выше определенного предела. При наличии чересчур длинных путей диффузии их механизм дыхания перестает работать. Маленькие же организмы не могут развить высоко-структурный нервный аппарат, так как для него требуется колоссальное число клеток. Поэтому описанный некоторыми отчаявшимися философами кошмар «грядущего царства насекомых» выдает неосведомленность и в биологическом отношении.
Птицы вследствие специализации в передвижении по воздуху в свою очередь утратили способность к дальнейшему прогрессивному преобразованию передних конечностей. По сравнению с последующим направлением прогрессивного биологического развития они тоже населяют тупик эволюции (правда, весьма обширный).
Только существа с большим мозгом и способными к работе передними   конечностями могли встать на путь человеческого развития.  Этот путь,; идет в прогрессивном направлении. Талое суждение вытекает не из преувеличенно высокого сознания человеком своих достоинств.— эта оценка
не является ни релятивной, ни субъективной. Направление движения биологического развития определяется объективными законами природы. Поэтому оно может получить объективную оценку со стороны научного исследования.

< Предыдущая		Следующая >